Заметки о европейском туре JARS. Часть третья. Сытая Европа: Берлин.

Стоило ли покидать серую коммунистическую Польшу, чтобы, очутившись в сытой Германии, вновь мерзнуть, играть в гадюшниках и турецких забегаловках? Определенно стоило, считают музыканты Jars.

Утро непойми где. Познань.

Текст: Антон Образина

Каково это — узнать, что вот уже неделю ты путешествуешь на машине с лопнувшей рессорой (фактически, на трех колесах), и любая яма на дороге может, как минимум, надолго тебя задержать, а то и вовсе прервать твой путь? Мне вот было никак. Во многом из-за того, что я совершенно не разбираюсь в технике. Едем, и хорошо. Целы, и хорошо. В Берлине у Дениса, кажется, есть знакомый, который мог бы помочь. А если уж дотянем до Белоруссии, то там уж точно починим. Вот так, полные оптимизма, мы и выехали из Познани.

***

Весь смысл выражения «сытая Европа» я понял, когда только начал забивать нам тур. Таких оригинальных причин для отказа я еще не читал. Парень из Лейпцига, работавший в клубе, где мы хотели сыграть, сообщил, что пишет диплом (ненавижу студентов) и ничем помочь не может. Активист из Дрездена написал, что на предложенную нами дату у них в клубе намечено обсуждение плана срыва крупнейшей нацисткой демонстрации в Европе. Читал потом новости — срыв удался. Но самая популярная причина для отказа, конечно, была в том, что мы собирались играть в будние дни. «Будний день? Никто не придет — смысла делать концерт нет». Охренеть. Нам что, маршрут только на выходные планировать? Я и говорю, сытая Европа. Все есть, зачем им еще гастролеры всякие там?

Концерт в Берлине мы вообще пробили благодаря Last.fm. Отыскали там какое-то событие, написали организатору. Чувак практически сразу же откликнулся и подписал нас. А по приезду обеспечил жильем, едой и прочими необходимыми вещами. Все таки есть польза от социальных сетей и прочего веб 2.0.

***

Полдень, какой-то крошечный городок на границе Польши и Германии. Людей на улицах нет, машины проезжают раз в полчаса. Бегают собаки. Мы проезжаем по центральной улице, и на нас таращатся из окон. Чем ближе мы к немецкой границе, тем больше заебывают шутки про Вторую Мировую.  Но тут даже у меня возникают какие-то ассоциации с военным временем. Мы приехали пожрать и заправиться. Обедаем в каком-то шикарно обставленном ресторане. Мы — единственные посетители. Как обычно, на обед уходит целый час. Поначалу я в толк не мог взять, как можно есть столько, сколько едят мои друзья. Но потом как-то привык.

Шикарные покои на границе Польши и Германии

Нас всех интересовал вопрос — а чем, собственно, живет население этого города? Центром туризма его назвать сложно, какого-то производства тоже не наблюдается. Сошлись на том, что, видимо, большинство ездит работать в более крупные города — в Познань, например. Или куда-нибудь в Германию. Вообще, очень мало представляю о жизни в маленьких городах.

На полузаброшенной заправке в этом же городке Денису обожгло руки струей сжиженного газа. Снова та же картина — никаких людей кругом, обратиться за помощью не к кому. Так и уехали оттуда, не заправившись, с потерями, но сытые.

***

Спать в туре можно ВСЕГДА. Особенно, когда мороз чуть отпускает, а ты едешь на переднем сидении. Какого черта сломался мой компьютер? Я же так круто написал об освещенных солнцем соснах и холмах, которые мы проезжали, о том, что этот пейзаж ассоциируется у меня с детством, когда я ходил кататься на аргамаке на горку неподалеку от дома. А потом, если получалось, уходил и дальше в лес. Как-то мы там встретили лося или кабана, мы видели друг друга буквально пару секунд, но я до сих пор помню этот момент. Теперь на этой горке, насколько я знаю, строят очередной Элитный Жилой Комплекс. Так что больше никакого аргамака. А детство продолжается — как еще можно назвать наш тур, да и вообще все связанное с музыкой? Детство продолжается, играет в жопе, в голове и вообще во всем теле. Здравствуй, море! Тебя приветствуют обреченные на смерть!

***

Berlin calling

Мы не ищем легких путей, мы ищем сложные, так что карта дорог — не для нас. Устав от бесконечных автобанов, на которых нужный поворот всегда оказывается позади, наобум сворачиваем куда-то и останавливаемся на ближайшей заправке. Что за город — непонятно. Все усталые и злые, готовы сжигать женщин, уводить дома и ебать скот (по заветам свежесочиненной песни — см. предыдущую часть). Покупаем карту — оказалось, мы уже в Берлине. Все-таки, больше всего везет утопленникам, висельникам, неудачникам и придуркам. Концерт уже час как должен был начаться.

Приходит смс от Лены, дамы Кости и прекрасной моей подруги: «Мы уже в клубе, хотя клубом ЭТО назвать сложно». Все оказалось не так страшно, любой подвал на заднем дворе жилого дома можно назвать клубом, а если уж там и барная стойка есть — тем более. Приехали, отстроились, нам со звуком теперь помогает Паша из Усссов, перерыв минут на десять, начинаем. В зале, в основном, люди на десять и более лет старше меня. Опять новый опыт. Все стоят, слушают, о слэме или танцах речи не идет. За редким исключением (на любом концерте, даже самом унылом, найдется хоть один в дерьмину пьяный чувак). Закончили, собираемся. Пару человек подошло, поговорили, все. Я уже переживать начал — неужели так плохо сыграли? Оказалось, нет, просто здесь люди такие. После нас чуваки играли грайндкор — в зале было то же самое. Стояли и слушали.

Минут через сорок после того, как мы закончили, к нам начал подходить народ, говорить, что круто, ну и все в таком духе. Астро имел неосторожность сказать, что он уже «10 years into the undeground scene», за что я его потом всю дорогу подъебывал. Гонорар получили травой. Серьезным таким количеством. Откуда? «Это лечебная, у меня она родственнику прописана». Сытая Европа. Подарил кому-то диск, так у меня даже спросили, можно ли сделать рип и выложить в интернет. Что за вопросы, господи.

***

Не только мы путешествовали на Панцерфаусте.

Концерт закончился, началась афтерпати, я подхожу к бармену и спрашиваю, есть ли в их клубе завтра какой-нибудь концерт (Усссов не подписали на сегодняшнее шоу — мало времени). Он отвечает, что нет. На смеси моего сомнительного английского и жестов пытаюсь объяснить, что вот, с нами еще ребята, им тоже надо где-то сыграть. В ответ на это мужик предложил мне выпить. Ну что, грех отказываться — какой-то острый шот, наподобие кровавой Мэри, отправляется в мое ненасытное брюхо. Но концерта сделать не получится — имеются ограничения от городской администрацнии, что-то типа «нельзя делать больше одного концерта в неделю». Ну, хоть выпить дали.

Встречаемся на следующий день, после ночевок в разных квартирах (хозяин нашей с утра жаловался, что все еще пьян, но кого этим удивишь?). Заходим в бургерную. Заказываем поесть, берем пива, сидим, ждем. Артему из Усссов скучно, он достает гитару, начинает что-то наигрывать. Как обычно, в восточном духе (что еще можно сыграть на его инструменте?). А хозяева забегаловки — турки. И они выключили музыку в заведении, и все время, пока Артем играл, слушали его. И поаплодировали, когда он, минут через пятнадцать, закончил. Можно сказать, концерт у Усссов в Берлине состоялся. Разговорились с чуваками из забегаловки. Оказалось, что один из них тоже играет. На инструменте, забыл как называется, в подобие которого переделана гитара Артема. Кажется, «рутар». Я подумал — а почему бы не спросить у турков насчет концерта? «Do you know any places, where these guys could play tonight?» Они сразу начали куда-то звонить, посоветовали зайти в какое-то русское заведение на той же улице, в общем, действительно попытались помочь. Мы обменялись телефонами, но они, правда, так и не позвонили. Видимо, не вышло у них ничего.

Акустический концерт группы uSSSy в безвестной забегаловке. Начало.

А чуть раньше мы прямо возле пресловутой забегаловки  наблюдали свадебную церемонию. Видимо, тоже турецкую.

***

Вторую ночь в Берлине мы провели в опальном сквоте «Schokoladen». Все как обычно — холодно и полувменяемо (я, например, валялся в состоянии полной одури и боялся встать, но и заснуть при этом не мог — мне было слишком смешно). «Я-не-чувствую-ног»-тур предоставляет вам любые возможности заболеть! (Болезни входят в цену билета). На этот раз жертвой стала Юля, жена нашего барабанщика.

«Шоколадный» сквот в Берлине

Благодетелем, открывшим нам двери в Schokoladen, выступил Рубе — немолодой лысеющий толстяк, который, как мне показалось, мыслями постоянно был где-то в другом месте, не с нами. Его можно понять: власти хотят расселить и снести сквот (насчет сноса могу ошибаться), нужно с этим что-то делать. На входе в Schokoladen висит плакат со сценой из сельской жизни (снова могу ошибаться). Подписи —  на русском:

— Почему ты грустишь?
— Наш хозяин хочет выгнать нас на улицу.
— Чтоб у него хуй отсох и его собаки съели!

…Я открываю свое первое пиво на сегодня и поднимаю тост за  скорейшее исполнение этого пожелания.

Продолжение следует. Предыдущие части: первая, вторая.

Отзывов (6)

  1. увалень

    где материалы про скинов, придурки?

    • в очередной раз убедился, что лично знаю ВСЕХ комментаторов нашего портала(

  2. kesha

    всегда любил ластфм!

  3. i van

    а было бы интересно как прочесть вы планировали тур. и я сочная птица.

  4. Шот называется Мексиканер. Шнапс, помидоры и специи. Все настаивается. Считается фирменным бухлом гамбургских барменов. Но делают его абсолютно все и везде(ну что касается обрыганских заведений разумеется, по которым мы с вами, уважаемый автор, имеем честь время от времени слоняться) от Гамбурга до Берлина. Как заранее, так и по требованию на месте.

Добавить комментарий