Заметки о европейском туре JARS. Часть четвертая, короткая: Потсдам-Дрезден

Вернувшись из тура, гитарист Jars Антон Образина запил и уволился с работы. Хотите узнать, почему это произошло? Читайте новую главу о зарубежных гастролях главной нойз-рок группы столицы! Если вы видели похожие фразы в бесплатных рекламных газетах, знайте — они все украли у нас.

Текст: Антон Образина

За месяц, прошедший с нашего возвращения из Европы, я успел деградировать настолько, что с работы меня наконец уволили. Я постоянно пил, приходил только к обеду, в абсолютно овощном состоянии досиживал оставшиеся часы и уходил пить дальше. Долго так продолжаться не могло. Вот и пришел день, когда мне сказали: «Дружище, мы желаем тебе только хорошего, но пора бы тебе написать «по собственному желанию». Я особо не возражал. Это был редкий случай, когда пожелания начальства совпали с моими. Так что, кое-как отработав положенные по закону две недели, я уходил с легким сердцем. И ворованной электронной книжкой впридачу.

Неожиданно навалилась нужда. Поломка компьютера явно не входила в мои планы. Вдобавок нас с соседом оштрафовали за слишком шумный угар дома. Так что теперь придется суетиться в поисках временного заработка. Пока же, пытаясь продуть стержень гелевой ручки, чтобы та начала писать, я набрал полный рот чернил. «Сука, меня так просто не возьмешь,» — думал я, полоская рот и отмывая лицо. Эта мысль помогала мне весь последний год. Когда внезапно и по совершенно нелепым причинам ушел первый барабанщик. Когда за пару дней нужно было собрать состав, чтобы под видом Jars сыграть на Авант-фесте. Помогала во всех связанных с туром неурядицах. А сейчас помогает найти в квартире хоть какой-нибудь пишущий предмет.

***

О городе Потсдам, что совсем рядом с Берлином, я могу рассказать совсем немногое. Миниатюрный, чистый, аккуратный — мне он напомнил Петергоф, хотя там я провел не намного больше времени. Улицы почти так же пустынны, как в том городке на польско-германской границе. Мы играли в студенческом культурном центре, поддерживаемом государством очаге левых идей, в котором антифашистские и анархистские постеры соседствуют с эппловскими рабочими станциями и фиксированным (и немалым) гонораром для любых выступающих там групп. Гонорар, то есть, выделяется из бюджета. Мне там было слишком хорошо, чтобы думать о странности такого симбиоза.

После концерта, заливаясь бесплатным пивом в тамошнем баре, неожиданно врубился в свое положение. До этого дня все было как-то обыденно. А тут я вдруг осознал, что да, мы сейчас в Потсдаме, в Германии, в баре, пьем заготовленное специально для нас пиво, а завтра отправляемся в Дрезден. Черт, да год назад я о таком и не мечтал! Хотя, может как раз от того, что и не мечтал, по-прежнему воспринимал наши похождения, как данность. Мое умение наслаждаться моментом оставляет желать лучшего. Я больше люблю воспоминания — и хорошие, и плохие. Любые.

***

Дрезден запомнился мне своей, так сказать, изнанкой. Спальным районом и промзоной. В спальном районе мы играли, а в промзоне жили. Приехали туда уже поздним вечером (как обычно, через час с лишним после заявленного начала концерта), так что и в окно было толком ничего не разглядеть.

«Вы опоздали, так что мы заплатим вам 60 евро, а не 100, как договаривались,» — вот так встретила меня администраторша кафе «Aquarium», расположенного в подвале 14-этажки, ничем не отличимой от своих московских собратьев. Вечер, полный досады и раздражения. Толстая официантка испытывает к нам научный интерес — изучает русский язык в университете, пытается с нами беседовать. На концерт никто не пришел.

В зале — организатор, его подруга, Вадим, Денис, Юля и Усссы. Последние, кстати, были заметно расстроены таким приемом. Как и мы. Звукач — какой-то паренек, напоминающий отличника инженерного ВУЗа. Никак не может вывести вокал в зал, просит нас играть потише. Самое, по-моему, дурацкое, что можно попросить у нас. Впрочем, всему виной было законное ограничение шума после десяти вечера. Гребаные жилые дома! В конце выступления безуспешно пытаюсь разбить себе рожу микрофоном. Ну и, традиционно, рву несколько струн и выбрасываю гитару. Будем считать, что сегодня у нас была репетиция. Хотя я видел репетиции, на которых было поболе слушателей, чем сегодня у нас на концерте.

Организатор потом мне объяснял, что все, кого он позвал, а это, если он не преувеличивал, почти сто человек, предпочли в этот вечер готовиться к экзаменам. Похвально.

***

Германия позади, мы едем в Прагу — мою любимый европейский город. Я бывал там уже трижды, и даже закрадывается мысль — а уж не заебал ли я его (или её)? Денис говорит, что если заебал — то мне дадут об этом знать. Ну, ком снега с крыши на голову упадет, например. В таком случае Москву я заебал уже давным давно.

Останавливаемся полюбоваться пейзажем — я обожаю эти горы, а в этот раз мне впервые довелось увидеть их зимой. Неподалеку — строящееся шоссе. Естественно, мы не могли туда не пробраться. И я должен сказать, что эта картина осталась в моей памяти чуть ли не ярче всех. Совершенно пустое шоссе, горы вокруг, заходящее солнце, проглядывающее сквозь завесу облаков — это невероятная картина. Апокалипсис. Невольно ждешь что тут и там начнут подниматься мертвецы. Как в зомби-фильмах. Нет, все-таки концерты — это лишь небольшая часть того, ради чего стоит отправляться в тур.

Продолжение следует.

 Предыдущие части: первая, вторая, третья.

Отзывов (4)

  1. sungunrun

    «Вы опоздали, так что мы заплатим вам 60 евро, а не 100, как договаривались,» — правильный подход

  2. Аркадий Александрович

    Антон! Верни, пожалуйста, книжку. С уважением.

  3. ne znakom s tvorchestvom gruppi jars. mozhet, gde-to mozhno oznakomitsja?

Добавить комментарий