Play it Loud

pil [Converted]

Кто это: москвичи Владимир Баранов, Игорь Сергеев и Вадим Гуров. Первый отвечает за организацию концертов, второй пишет пресс-релизы и занимается промоушеном, третий общается с западными агентствами и оформляет визы.

Кого привозили: диапазон зарубежных групп, которых привозили в Россию участники Play It Loud, довольно широк: поп-панки из Dead to Me и The Flatliners, легендарная крэк-рокстеди группа Leftöver Crack, отцы дибита Discharge, тестостероновые хардкорщики из Terror, Си Джей Рамоун и другие.

 

Игорь Сергеев, Play it Loud

Наш букинг (который на самом деле промогруппа, ну или отчаянно хочет таковой быть) — это пенящиеся  сливки современного русского бизнеса, политики и искусства; мы — теневые полуолигархи, рыночные монополисты, трендсеттеры и культуртрегеры, и это лишь толика известных нам грязных слов.  Короче, концерты делаем. И потихоньку готовимся выходить на IPO.

Предпосылок к тому, чем мы сегодня занимаемся, было несколько.  С одной стороны, все люди, стоявшие у истоков Play It Loud, родом из панка. А надо сказать, что московский панк-рок, несмотря на вроде бы декларируемые идеи единства и взаимовыручки, по большому счету всю дорогу представлял собой такие обособленные тусовки, соперничавшие друг с другом на маленькой субкультурной поляне. И наиболее остро это ощущалось в первой половине нулевых. Тогда почему-то было принято дружить не только с кем-то, но и непременно — против кого-то. Соответственно каждая тусовка была рада утереть нос «конкурентам». А что в подобных условиях могло быть лучшей подкачкой личного статуса (пусть даже исключительно в твоих собственных глазах), чем привоз крутой иностранной команды?

Нет, понятно, что кто-то, организуя российские концерты иностранцам, преследовал вполне утилитарные цели: наладить контакты, пробить возможный ответный выезд в Европу и все такое. Но в большинстве случаев речь шла о том, чтобы просто выебнуться. Мы были юны, амбициозны, кровь, подгоняемая алкоголем, бурлила, нам хотелось постоянно находиться в центре внимания. Быть, так сказать, генераторами светской жизни. Даже сейчас, по прошествии многих лет, кажется, мало кто готов признаться в этом. Это, можно сказать, темная сторона вопроса: тщеславие, гордыня. Но была и другая сторона, куда более положительная.

Дело в том, что года до 2008-го в Москве был дефицит концертов. У столичной публики имелся устойчивый запрос на «фирму», на качественных иностранцев, но те приезжали не так чтобы слишком часто, поэтому почти каждый привоз воспринимался как значительное событие и вызывал определенный ажиотаж. Ну и мы, конечно, ходили на все эти концерты, слушали, смотрели — и в какой-то момент, когда наступило насыщение, стали оценивать многие организационные нюансы с более требовательной, критической точки зрения. Скажем, здесь звук всегда плохой, а тут — клуб с агрессивным бычьем в охране, а там — билеты под выкуп продают, а тут я бы так сделал, а там вот так… Логический вывод напрашивался сам собой: а что, если попробовать самим? Тем более мы все-таки выросли по большей части на американском панк-роке 1990-х, а наши любимые группы в Россию никто везти не торопился. Оставалось действовать по принципу DIY. Панки, мы, в конце концов, или твари дрожащие?

До Play It Loud у нас было предприятие, которое специализировалось на доставке мерчендайза из зарубежных интернет-магазинов. Благодаря ему удалось накопить базовый капитал, и летом 2007 года все завертелось. Само собой, первые привозы в известной степени оказались катастрофой: все, что могло пойти по пизде, по ней, конечно же, пошло; нам приходилось постоянно метаться, в ручном режиме затыкать пробоины и улаживать сыпавшиеся на голову проблемы, но зато опыта и впечатлений — на всю жизнь. Да и желание выпендриться быстро прошло. Вместо него проснулся вкус к промоутерскому делу.

Если учесть, что стартовали мы интуитивно, сейчас уже можно смело утверждать: результаты, достигнутые к настоящему времени, полностью соответствуют нашим надеждам и ожиданиям. Которых изначально толком и не было.

Надо понимать, что серьезно зарабатывать на панке, как и на любых нишевых концертах, практически невозможно. Концертный бизнес (простите мне это словосочетание), особенно в нашей стране, подразумевает высокие риски и сравнительно невысокую отдачу. Пристойно существовать только на прибыль с туров и отдельных концертов можно, но слухи о баснословных доходах промоутеров сильно преувеличены. Никто из нас не живет жизнью акул капитализма, какими нас видят некоторые недоброжелатели. За последние годы количество проводимых в России концертов выросло чуть ли не в геометрической прогрессии, и преобладающая часть аудитории, по крайней мере, в Москве, уже забыла, что такое «концертный голод». Более того, подросло следующее поколение, для которого нынешнее концертное изобилие абсолютно естественно. В условиях, когда предложение растет быстрее спроса, нам потребовалось несколько лет лишь для того, чтобы выйти на стабильную окупаемость.

Сейчас вырученные средства в основном вкладываются в развитие организации, поскольку мы хотим постепенно переключаться на работу с более заметными именами. А это уже высокие издержки: площадки крупнее, гонорары жирнее, агенты и менеджеры хитрее, артисты притязательнее, ответственность выше. В этой связи наличие плана «Б» в виде альтернативного источника заработка для каждого участника Play It Loud является желательным вариантом. На текущий момент у кого-то из нас такой парашют есть, у кого-то — нет. Но это уже вопрос личных приоритетов. В целом, на наш коллективный взгляд, добиться успеха на выбранном нами поприще без изрядной доли авантюризма вряд ли получится.

Наш первый привоз обернулся настоящим кошмаром. Это была французская группа Tracy Gang Pussy, игравшая так называемый панк-н-ролл, музыку, одной ногой стоящую в панк-роке первой волны, а другой — хуй знает в чем. Панк-н-ролл приобрел некоторую популярность в середине нулевых на общей волне европейского и американского рок-ревайвла. Рок-музыканты, тяготевшие к панку, начали параллельно обращаться к наследию прошлого: корневому рок-н-роллу 1950-х, рокабилли, гаражному року, глиттеру, винтажному хард-року… словом, ко всей той музыке, которая в первую очередь ассоциируется с избитым штампом «Sex, drugs, and rock ‘n’ roll».

По ту сторону океана плоды очередного всплеска моды вкушали Social Distortion и вовремя возродившиеся New York Dolls, а по эту — Backyard Babies, The Bones, Turbonegro и еще целая куча команд, преимущественно скандинавских и немецких. В России эта волна носила какой-то особенно патологический характер — в чем, как мне кажется, не последнюю роль сыграла группа «Тараканы!» (в лице ее лидера Дмитрия Спирина, проповедовавшего похожий стиль),  а также появление русскоязычного перевода культовой книги «Please, Kill Me». Данная движуха схлынула буквально за пару лет, не оставив после себя практически никаких следов. Нам с этим концертом тогда, можно сказать, удалось запрыгнуть на подножку уходящего поезда.

Владимир (один из основателей Play It Loud – прим. Sadwave) случайно познакомился с участниками Tracy Gang Pussy во время своего очередного европейского вояжа, после чего за совместным распитием и разнюхиванием уболтал их ввязаться в наш сомнительный проект. Стоит оговориться, что мало-мальский опыт проведения концертов и вообще каких-либо ивентов у нас к тому времени отсутствовал напрочь. В результате французам сильно переплатили за дорогу, потом переплатили за откровенно паршивый клуб, в саппорт поставили разноплановые группы в стилистическом диапазоне от поп-панка до металкора, что оказалось коммерческим самоубийством, написали какую-то чушь в анонсе, кормили и поили (особенно поили!) гостей в дорогих кабаках за свой счет.

Народу пришло немного, мы влетели приблизительно на 100 тысяч рублей. Никто из нас нигде не работал, денег не было вообще. Спасло то, что под организацию мероприятия подписались два дружественных нам магазина, их хозяева взяли на себя часть убытков. Однако несомненный плюс этого привоза заключались в том, что сам концерт прошел прекрасно. Мы, несмотря ни на что, отлично провели время, хотя со стороны это, должно быть, напоминало пир во время чумы.

Помимо классического влета существует еще такая специальная категория привозов «для удовольствия». Это группы, к которым мы сами питаем слабость и которые везем, зная, что нас ожидает заведомый минус (вопрос только в том, насколько большой). Такой группой были, например, Shai Hulud. В Питере на них по билетам пришло аж 15 человек, в Москве — около сотни.


Сто скучающих московских зрителей наблюдают за Shai Hulud.

Решение о том, кого привезти, мы принимаем так: едем в полном составе на корпоративную дачу, там усаживаемся за круглый стол, ставим в центр стола эмалированный таз с кокаином — и занимаемся аналитикой, склонившись над гроссбухом.

Порой мы делали концерты группам, которые нам самим не нравились. Одной из них была Dope Stars Inс., команда напомаженных итальянских фриков, играющих что-то наподобие попсового индастриала. Конченые мудаки. Мы, к счастью, делали им только Москву, но, как рассказывают, в рамках тура остальным музыкантам приходилось, к примеру, безвылазно сидеть в автобусе, когда их «вокалисту» приспичивало потрахаться.

Насколько мне известно, у себя в Италии группа никому особо не нужна, ибо музыкально ничем, кроме как участием в саундтреке к фильму «Пила», она не примечательна. Именно  поэтому  Dope Stars Inс. предпочитает путешествовать по просторам Восточной Европы и бывшего СССР в погоне за деньгами, наркотиками и доступными женскими телами. По какому-то недоразумению их здесь до сих пор принимают за рок-звезд. Честно говоря, несколько раз возникало непреодолимое желание отмудохать их всех до полусмерти, но мы дали слово нашему итальянскому партнеру, что будем держать себя в руках, и свое обещание выполнили.

Самая бесполезная статья расходов, которой всегда можно пренебречь – это гонорар артиста. Кинул и пошел. Шутка.

С жадными музыкантами мы пока дела не имели. Почти со всеми, кого мы привозили, удается поддерживать в дальнейшем дружеские отношения. Попадаются даже такие, кто, едва откатав изматывающий евротур, снова просятся в Россию. Полагаю, что это во многом обусловлено культурным (или, если угодно, субкультурным) багажом: по нашим наблюдениям, среди андеграунда и условного «миддлграунда», особенно не чуждого панк-этики, гораздо меньше капризных и заносчивых ребят, чем среди артистов мейнстримовой категории. К тому же наши клиенты, как правило, еще не испорчены славой, баблом и медийностью. У них все еще впереди. И у нас тоже. Что касается требований, то договориться можно всегда. Вы же в России живете, должны знать.

У нас нет одной, двух или десяти любимых групп, иначе мы бы просто не смогли до сих пор получать удовольствие от того, чем занимаемся. В разные периоды жизни нам были ближе разные исполнители, а чем старше мы становимся, тем шире разрастается круг наших музыкальных пристрастий. По-настоящему классных моментов, которые навсегда останутся в памяти, за прошедшие годы было полно. Кто-то из нас оказался за кулисами Vans Warped Tour, кто-то ездил на гастроли c NOFX, кто-то нелегально перебегал государственную границу, чтобы купить выпивку, на кого-то наставляли ствол настоящие мексиканские бандиты, на кого-то — обезумевшие менты.

Нам в клуб звонили телефонные террористы, из-за нас на полчаса задерживали поезд Москва—Санкт-Петербург, нас выводили на сцену в качестве участников шоу. По сути, каждый тур, каждый концерт — это уникальный, неповторимый опыт. И наш самый главный страх — это возможность утратить ощущение событийности, перестать воспринимать свое дело как нечто особенное, начать относиться к концертам как к заурядной бытовухе. Если это когда-нибудь произойдет, то будет немедленно распознано как сигнал: пора завязывать. Ну а пока в каждом из нас жив его персональный Питер Пэн. Science can’t explain magic.

Следить за концертами Play It loud

Facebook Comments