Роан Томас (The Other Option): «Это очень суровый DIY»

В преддверии показа фильма об азиатском панке «Альтернатива» (The Other Option), который состоится в воскресенье, 13 августа в галерее «Гараж», Sadwave публикует интервью с автором картины Роаном Томасом об особенностях индонезийского и сингапурского андеграунда и трудностях, которые приходится преодолевать DIY-деятелям.

Беседовал: Дмитрий Куркин

В какой момент вы решили снять такой фильм и как долго вы над ним работали?

Я делаю подкаст, в котором беру интервью у панк-групп. Одна из них рассказала мне о своих гастролях по Юго-Восточной Азии. Мне показалось интересным, что группа, о которой и в Австралии-то мало кто слышал, приезжает в другую страну и порой собирает там тысячи людей на свой концерт. Я стал наводить справки и выяснил, что на самом деле довольно много местных групп играли в Юго-Восточной Азии, с конца 1990-х это очень популярный маршрут для андеграундных команд. Я углубился в тему, а потом решил сделать фильм. И если считать от того момента, когда я вообще начал интересоваться этим, до момента, когда фильм был готов, получится около трех лет.

У вас в фильме Юго-Восточная Азия выглядит прямо землей обетованной для австралийских панков. В чем тут дело? Это чистая логистика, и основная причина в том, что по Австралии особенно не поездишь, а в Азии можно большой тур зарядить? Или тут больше сказывается культурный шок от погружения в совершенно другую среду?

А это все главные причины. Для австралийских групп, в том числе не очень популярных, возможность поиграть за пределами страны выпадает нечасто. И когда тебя зовут куда-то, где можно поиграть не для австралийцев, ты над таким предложением долго не раздумываешь. Ну и да, туда просто добраться, рейсы дешевые. И еще с 1990-х, когда австралийские панки только начали ездить в Азию, сохранилось множество рассказов о ярых азиатских панках, которым не важно, что ты играешь, которые готовы обсуждать с тобой общество и политику и которые устраивают концерты на совершенно сумасшедших площадках. Все эти рассказы тоже произвели на меня впечатление. Кто же откажется от таких приключений.

О феномене какого масштаба мы говорим? Вы упоминали про тысячи зрителей на концертах, но это, наверное, на фестивалях скорее.

Большие толпы редко собираются, разве что на группы, которые знают во всем мире — Parkway Drive, например. А так это очень небольшие концерты. Хотя иногда андеграундные группы попадают на DIY-фестивали, и вот там уже на них приходят тысячи. Так было в Индонезии, на Яве — хотя надо понимать, что там просто намного больше людей живет (население Явы — 145 миллионов, население Австралии — 24,6 миллиона — прим. Sadwave). По их меркам это была скромная аудитория (смеется). То есть совсем неизвестная группа может приехать и сыграть перед тысячами людей. И вот такие истории панки привозят обратно в Австралию.

Трейлер «Альтернативы»

Для западных людей — я имею в виду и австралийцев, и россиян, вопреки географии — Юго-Восточная Азия все еще остается загадкой. Мы представляем себе или тропический рай, или кровавую историю диктаторских режимов. Но по сути мы очень мало знаем о повседневной жизни людей в тех странах. А ведь панк из повседневной жизни и берется чаще всего. Что больше всего поразило вас, когда вы приезжали интервьюировать тамошних панков?

Знаете, я много поездил по миру, и мне есть, с чем сравнивать. И больше всего меня поразило то, что несмотря на экономическое положение, жители Юго-Восточной Азии, в том числе панки, настроены очень позитивно. У них почти ничего нет, никаких ресурсов и денег, но они все равно хотят, чтобы гость чувствовал себя как дома. Они готовы делиться последним. Это больше всего впечатлило. В остальном, как вы и сказали, обычные австралийские туристы, если и поедут в Индонезию, то остановятся в каком-нибудь роскошном отеле на Бали и настоящей жизни не увидят. А когда тебя приглашают панки из Сингапура, Малайзии, Индонезии, они хотят тебе эту жизнь показать, рассказать тебе о политике, о том, с чем им приходится сталкиваться каждый день. И хотят узнать, что у тебя в стране происходит, с чем тебе приходится сталкиваться. Они даже не будут спорить с тобой, они просто хотят как можно больше взаимодействовать.

Да, в фильме это можно увидеть. Скажем, у меня создалось впечатление, что в Юго-Восточной Азии фанаты андеграунда прошли ускоренный курс истории рок-музыки — метал, альтернатива, инди-рок, панк, все сразу. Поэтому они спокойно позируют в майках Stone Roses и Стиви Никс. Хотя в других панк-тусовках такой дресс-код не поняли бы точно. Это действительно настолько молодая субкультура?

Точно нет. То есть вы правильно подметили насчет ускоренного курса. Долгое время они ничего не знали про западный андеграунд, а потом в один момента вся эта музыка хлынула на них, целиком. Но дело не в том, что местная панк-сцена до сих пор в детстве находится. Просто они очень голодны до всего нового. И некоторым из них панк-рока не хватает, они хотят знать все, чем больше, тем лучше.

При этом у них не все так безоблачно — и дома власти прессуют, и при въезде в Австралию возникают проблемы с миграционными службами. Насколько тяжело в таких условиях блюсти DIY-этику?

Очень тяжело. В бедных районах Индонезии, где денег гораздо меньше, приходится очень много времени тратить на организацию концерта. Буквально по копейке люди собирают вместе с друзьями — и только так можно устроить концерт. Так что это очень суровый DIY. А скажем, в Сингапуре денег больше — и в этом смысле панкам там полегче. Но с другой стороны, это полицейское государство. И у сингапурских панков, которых вы видите в фильме, даже есть своя система кодов. Чтобы устроить концерт там, нужна повышенная секретность, потому что велика вероятность, что полиция накроет концерт. Не знаю, что нужно сделать в Австралии, чтобы полиция пришла и сорвала концерт. Ну, может, повышенный уровень шума. А в Сингапуре ты все время под присмотром.

«Диснейленд со смертной казнью» — было и такое определение Сингапура.

Просто для примера: когда мы поехали в Сингапур, чтобы показать готовый фильм — для очень небольшой аудитории — мне пришлось сочинять список вымышленных людей, которым мы якобы собирались его показать. Это нужно было сделать, чтобы для реальных людей цена на билет была невысокой.

В какой момент, на ваш взгляд, произошел этот большой взрыв, когда австралийские группы начали активно ездить в Юго-Восточную Азию и наоборот?

По сути первые группы, которые стали ездить друг к другу в гости, прорубили это окно. Мне до сих пор трудно представить, как шла эта бумажная переписка, но факт в том, что это был единственный контакт. И судя по тем съемкам, которые сохранились, в 1998 году страны Юго-Восточной Азии все еще были опасным местом. Одна большая пугающая неизвестность, в общем. И эта первая встреча убедила и местных панков, и тамошних, что, пожалуй, все реально — можно ездить друг к другу и получать удовольствие от музыки.

Соцсети, конечно, сделали все проще. Но вместе с тем в панк-сцене есть этот неразрешенный парадокс: часть ее хочет распространять слово, часть — не хочет, чтобы междусобойчик «опопсел». В Юго-Восточном панке тоже есть этот пуризм?

Да, соцсети значительно ускорили этот процесс. Они не были его причиной, но благодаря ним все задвигалось быстрее. И да, как любая панк-сцена, азиатская не хочет «опопсеть» и быть размытой. Конечно, там есть те, кто хочет, чтобы все оставалось на базовом уровне, когда ты играешь для небольшой группы друзей и знакомых. Никакие карьерно-денежные перспективы, большие гастроли их не интересуют. Это вещь, характерная для панк-рока во всем мире.

Показ фильма Роана Томаса The Other Option («Альтернатива») состоится в галерее «Гараж» в воскресенье, 13 августа, в 19:00. Вход свободный, по регистрации.

 

Добавить комментарий