Стеф Хирен (Kiss The Anus Of A Black Cat): «Все боятся ужасных русских и Путина»

18 и 19 мая в Санкт-Петербурге и Москве выступит бельгийская группа Kiss The Anus Of A Black Cat, которая прославилась как дарк-фолк-проект, а сегодня играет смурную электронику. Лидер команды Стеф Хирен рассказал нам о своем панк-прошлом, Первой мировой и западной философии.

Kiss The Anus Of A Black Cat (Стеф Хирен на переднем плане)

Беседовал: Яша Стронгин

У вас только вышел сплит с The Black Heart Rebellion. Как появилась идея такого релиза?

Стеф Хирен (вокалист и гитарист Kiss The Anus Of A Black Cat): Это 12-дюймовая пластинка, на которой представлено по одной песне от каждой группы. Звук KTAOABC очень близок к тому, что мы делали на последнем альбоме («To Live Vicariously» 2015 года — прим.), такой электронный нью-вейв.  Мы живем с ребятам из The Black Heart Rebellion в одном городе (Генте), и я знал их уже какое-то время. Они очень вдохновились моим четвертым альбомом «Hewers Of Wood And Drawers Of Water». В то время они хотели добиться более фолкового звучания на своем новом релизе, поэтому отправились на ту же студию, где я записывал «Hewers Of Wood And Drawers Of Water». Также музыканты пригласили меня поучаствовать в записи бэк-вокала. Потом они приглашали KTAOABC выступать с ними на нескольких фестивалях в Бельгии. Конечно, звучание наших последних релизов сильно отличается от того, что делают The Black Heart Rebellion, но мы по-прежнему дружим и играем вместе. Сейчас, правда, наши совместные выступления могут выглядеть немного странно, потому что The Black Heart Rebilion продолжают углубляться в фолк, и на их концерты ходят в основном металлисты, которые не особо интересуются электроникой, которую я играю с KTAOABC.

Никогда не хотел поработать с другими земляками, из Church Of Ra, например?

Конечно, мы знаем друг друга, но никогда ничего вместе не делали.

Я заметил стикер Crass на одном из твоих фото. На первом альбоме у вас есть кавер на Rudimentary Peni; в одном из интервью ты говорил, что в прошлом был активным участником панк-сцены. Расскажи про свои проекты до KTAOABC.

Сейчас мне 41, когда мне было 16, я начал активно слушать такие группы, как Crass, Conflict, Rudimentary Peni и другие британские анархопанк-банды. В те годы они меня очень вдохновляли, я начал играть музыку, стал активным участником сквоттерской сцены в Бельгии, часто ездил в туры по Европе. Я играл на басу в достаточно известной краст-банде Katastrophobia. Но для меня более важным и личным был проект, который назывался Counter-Attack. Мы выпустили два альбома в 1999-м и 2000-м, я писал всю музыку в этой группе. Она была как раз в духе Crass и Conflict. И на втором альбоме Counter-Attack есть одна фолк-песня, в которой можно услышать зачатки того, что потом вылилось в KTAOABC.

Как ты перешел от панка к фолку?

Вышло так , что басист моей тогдашней группы переехал в Ирландию, а барабанщик  — в Берлин. Одновременно с этим я начал постепенно терять интерес к к панк-движению (но не к музыке). Я остался один и стал играть по больше части дома на акустической гитаре. Тогда кто-то дал мне послушать записи Current 93, Death in June, Sol Invictus. Все эти факторы подтолкнули к созданию  KTAOABC. Могу сказать, что музыка Current 93 повлияла на меня больше всего, в какой-то степени мои ранние песни был немного плагиатом. Процесс осмысления и формирования звука KTAOABC занял 2-3 года. В то время я как раз начал изучать конструирование музыкальных инструментов в консерватории Гента, что расширило мои представления о том, какие инструменты можно использовать в группе. С тех пор громкая гитарная музыка перестала быть для меня такой привлекательной, как раньше. Да, еще на меня повлиял американский проект Six Organs of Admittance.

Идеи панка все еще актуальны для тебя?

Конечно то что я сейчас играю имеет мало общего с панк-роком, но все идеи и дух панк-сообществ мне до сих пор близки. В 20 лет я пел песни против системы, об эксплуатации животных, вегетарианстве, феминизме и подобных вещах. Все эти идеи сделали меня тем, кем я являюсь сейчас, 20 лет спустя. Я все еще верю во все это, возможно, с чуть более демократическим налетом, скажем так, но я все еще вегетарианец и могу назвать себя анархистом. На самом деле, тексты KTAOABC, в большинстве своем и о социальных проблемах тоже, просто материал подается не столь прямолинейно, как у большинства панк-групп.

KTAOABC начинался как твой как сольный проект, но теперь ты выступаешь и записываешься с другими музыкантами. В какой момент ты понял, что нужно переходить от единоличного творчества к коллективному?

KTAOABC начинался в моей спальне. Там же я записал свой первый релиз, в одиночку. Каждый альбом нашей группы отличается от других, потому что я записывал его с разными людьми, музыканты приходили и уходили. По правде говоря, сейчас я опять ищу новых музыкантов, к сожалению. Но начиная с «Hewers Of Wood And Drawers Of Water», у нас был постоянный состав, эти люди оставались со мной до сегодняшнего дня. Конечно, мне нравилось работать самому, в этом есть много плюсов. Каждый раз работать с разными людьми тоже интересно, но если ты хочешь создать что-то более сложное, необходимы люди, с которыми ты будешь работать постоянно. Когда мы записали «Hewers Of Wood And Drawers Of Water», я понял, что больше не хочу менять состав группы, потому что те, кто уже были, хорошо понимали меня и чувствовали музыку. Последний альбом «To Live Vicariously» мы сделали вместе. Как обычно все началось с того, что я написал тексты и музыку, а потом просто отдал их ребятам.

На кого ты ориентируешься при написании текстов? Какие-нибудь поэты или писатели повлияли на тебя?

 Музыка KTAOABC сильно менялась с годами. Конечно, на меня повлияли разные поэты. Во многом меня вдохновлял английский поэт Ульям Блейк. Еще я читал много исторических книг о Первой и Второй мировых войнах, а также работы таких философов, как Ноам Хомский и Славой Жижек. Как я говорил ранее, левые взгляды мне до сих пор очень близки. Прямо сейчас я читаю «Темную экологию» Тимоти Мортона. Это английский философ, который пишет об антропоценe. Антропоцен — это такой период истории, куда сейчас вступает цивилизация. Мортон считает, что люди сегодня в большей степени управляют миром, чем законы природы.

В этом месяце мы закончили запись нового альбома. Во время написания текстов я очень много читал Томаса Элиота, это очень сильный американский поэт первой половины XX века. Одна из моих любимых его вещей называется «Полые люди». Еще советую «Бесплодную землю«, это очень мрачное произведение. «Полые люди» написаны под впечатлением от атмосферы послевоенной Европы [речь идет о первой мировой], все солдаты умерли ради толстых генералов и политиков. Мне кажется, его стиль письма повлиял на Current 93. Меня это очень вдохновляло.

Ты из Бельгии, эта страна ассоциируется у меня с ранними работами Ремарка — мрак, смерть от иприта, Первая мировая. Как думаешь, все это тяжелое наследие оказало влияние на современную бельгийскую музыку, в том числе, на твою?

Какие-то группы в Бельгии рефлексируют на этот счет, но не особо открыто и прямолинейно. Я думаю, все дело в том, что это очень тяжелый материал. Думаю, те же самые Death In June обратились к военным образам как раз потому, что это в своем роде табу. Если говорить о Первой мировой, то я бы отметил альбом Pj Harvey «Let England Shake», он как раз об этом. Ни один бельгиец не сделал ничего подобного. Я кстати написал музыку по заказу местного Музея Первой мировой. Несмотря на то, что недавно отмечалось столетие со дня ее окончания, говорить на подобные темы в Бельгии все еще не принято.

 Ты зарабатываешь как музыкант? Пишешь какие-то коммерческие вещи?

Я профессиональный музыкант на данный момент. Обычно я пишу музыку для театра и танцев. KTAOABC не очень известны в Бельгии, но, конечно, нам удается немного зарабатывать нашей музыкой.

Вас принято относить к дарк-фолк-сцене, которая для многих ассоциируется с правыми. Приходилось встречаться с такими стереотипами и непониманием?

С первых дней KTAOABC играли как в мейнстримовых клубах, так и в разных альтернативных местах. Но я всегда старался избегать концертов в дарк-фолк- и готик-сцене. Может быть кто-то и считал нашу музыку дарк-фолком, но я всегда старался избегать этого ярлыка. Ну и материал последнего альбома сложно так назвать, это больше нью-вейв. Проблема, о который ты говоришь, в Бельгии не так актуальна, как в Германии, Польше и некоторых странах Восточной Европы. Те же Death in June не так популярны в Бельгии, они играют в маленьких клубах, и тут нет никаких протестов относительно этого.

Не боялись столкнуться с этим в России? Группы, с которыми вы будете выступать, не смутили вас?

Я точно знаю, что ребята из букинга Grains of Sand окей, мне их рекомендовали, но я ничего не знаю о группах, которые будут играть с нами. Думаю, мне следует уточнить этот вопрос.

Какие у тебя ожидания от России?

Ох! Я в сильном предвкушении! Мне очень интересно, какая публика будет на наших концертах, сколько вообще людей в России заинтересованы нашей музыкой. Печально, что мы будем только по полтора дня в каждом городе. Мы играли в Афинах примерно год назад, но Россия — это не какая-то очередная западноевропейская страна, для меня это действительно какой-то другой мир. Мне очень интересно пообщаться с русскими, потому что все наши меда и политики создают очень негативный имидж вашей стране, все боятся ужасных русских и Путина. БУ! Я ничего не знаю о вашей альтернативной музыке, сейчас Восточная Европа стала новой территорией для многих европейских групп, ее только начинают исследовать.

Если бы ты мог представить Россию в виде картины или фотографии, что бы там было изображено?  

У меня сразу возникает в голове голый Путин с огромными мускулами, который плавает в реке или ловит рыбу. Наши политики таким не занимаются. Образ России в глазах европейцев — это часто солдат, который хочет умереть за свою Родину. При этом со времен Первой мировой войны образ России как врага только набирает популярность. Были две мировые войны, Сталин, Холодна война, теперь Путин. Конечно, наши медиа создают пугающий образ России, но я уверен, что ваши медиа работают в том же самом ключе относительно нас.

Kiss The Anus Of A Black Cat выступят 18 мая в питерском клубе «Сердце» и 19 мая в московских «Шагах».

Добавить комментарий