Премьера на Sadwave: EP группы «Особые условия» «Побег»

Московская постпанк-группа «Особые условия» записала новый EP «Побег». Sadwave поговорили с музыкантами об их скинхед-прошлом и настоящем, советском панке, ситуации в Крыму и суициде.

OU_cover

Особые Условия - БОП
Особые Условия - Марафон
Особые Условия - Февральский Сон
Особые Условия - Побег
Особые Условия - Кома
Особые Условия - Ловушка Времени

Скачать EP «Особых условий» архивом и поддержать музыкантов можно здесь.

Беседовал:  Даня Сапрыкин (Sadwave-афиша, Мурманск)

— Как так получилось, что вы, будучи скинхедами, заиграли постпанк? Кстати, вы точно скинхеды?

Дима Авал (бас): Меня очень рассмешило такое определение нашей группы, мол, мы скинхеды, играющие постпанк. Интересно, что одних оно удивило, а для других прозвучало как оправдание — типа, раз не хипстеры, значит можно слушать. Хотя, как мне кажется, значение имеет, прежде всего, музыка и ее содержание, а не то, к какой субкультуре себя относят ее авторы. Тем не менее, я могу сказать, что сильно неравнодушен к скинхед-субкультуре. У меня даже есть «традиционная oi!-группа» и лейбл, более-менее ориентированный на скинхед-музыку.

Кирилл Сосед (вокал): Думаю, тут каждый сам за себя. Что касается меня, то помимо «Особых условий» я играю в коллективе под названием The Lappers, который пытается подражать музыкантам золотой эры скинхед-реггей. Никакого противоречия между скинами и постпанком я не вижу. Эту дорожку протоптали вовсе не мы, вспомним хотя бы The Blitz. Вообще, я думаю, что называть участников «Особых условий» скинхедами все-таки неуместно, мы все очень разные.

Никита Воронин (гитара): Соседство слов «скинхед» и «постпанк» в одном предложении звучит небанально. Значит, мы все делаем правильно.

— Никита, это все? Максим?

Кирилл: Если промолчите, запишем вас в скинхеды по умолчанию.

Дима: …и все, после интервью уже не отмажетесь – «Особые условия» – oi!-группа.

Максим (барабаны): Я не скинхед, но фраза «скинхеды играют постпанк» мне очень нравится‏.

Никита: Я рэпер.

OU_2

— Ваша новая запись называется «Побег». Побег от кого или чего вылился в эти шесть песен? Материал этого альбома гораздо злее, чем песни на вашей предыдущей записи. Что повлияло на смену настроения?

Кирилл:  Как и многое в нашем творчестве мне не хочется однозначно трактовать название нашей новой записи. Многие песни имеют перекрестные смыслы, и каждый слушатель, да что говорить, каждый музыкант нашей группы воспринимает его по-своему. Не хочется разрушать эту магию. Мне интереснее узнавать от других смыслы написанных мной стихов. Часто бывают удивительные версии. А злоба пришла сама собой, мы ее не то чтобы специально звали. Так сошлись звезды.

Дима:  Я четко вижу две причины ужесточения. Во-первых, изменилось настроение вокруг нас (в обществе, в музыкальной сцене и глобально), а также внутри нас (личные проблемы, трудности и испытания, с которыми мы живем). Во-вторых, лично я, наверное, слишком часто слушал в последнее время «Гражданскую Оборону» и «Инструкцию по выживанию». На эмоциональном уровне мне очень нравится это изменение в нашей музыке, я нахожу его очень органичным. А Кирилл либо лукавит, либо не заметил, как мы заставляли его пить алкогольные напитки и делать дополнительные дубли при записи вокала. Я того и добивался, чтобы эта запись была более злой, чем первая.

Кирилл: Ну, я про задумку сказал. На записи-то злился, было дело.

Никита: По поводу песен хотел добавить, что наши треки – это коллективное переживание определенного периода в нашей жизни. Нельзя просто взять и придумать красивое продолжение того или иного риффа, для этого нужно что-то увидеть или пережить. К примеру, «Февральский сон» мы сочиняли очень долго. Это была наша первая новая песня за долгий период. Кирилл отлично чувствует настроение моих риффаков, и его стихи прекрасно дополнили музыку в этой композиции. Он отлично знает мои эмоциональные запары.

— Выйдет ли «Побег» на носителе?

Максим: Я хотел бы выпустить альбом на кассете, объясню почему: диски — это банально, ну и их правда никто не слушает. Пусть лучше будут не слушать кассету‏.

Никита: Да, хотим кассету, но непонятно, когда все будет готово. В прошлый раз нам помогали ребята из магазина DiG, но теперь мы хотим все сделать сами. Такой вот неглобальный DIY.

Дима: У меня сломался кассетник как раз перед выходом нашей предыдущей записи. Пришлось слушать у знакомых, но впечатления от прослушивания кассеты были непередаваемы. Хотя, как латентный виниломан, я мечтаю увидеть винил «Особых условий».

В вашей записи отчетливо слышны отголоски творчества «Народного ополчения», «ПТВП», «ИПВ», «Дурного влияния», а гитара в песне «Февральский сон» своей вязкой монотонностью напоминает композиции Стива Альбини. Вы действительно вдохновлялись этими артистами?

Кирилл: Не могу сказать, что заслушивался группами, которые ты назвал и специально ориентировался именно на них. Но группы отличные, сравнение с ними действительно приятно и уместно.

Дима: Мне очень лестны сравнения с этими отечественными группами. Помню, когда читал отзывы на нашу первую запись, то очень радовался, когда нас с чем-то таким сравнивали. Тем не менее, мне кажется, что такой звук у нас получился без оглядки на них. Изначально мы ориентировались только на стихи Кирилла. Кстати, я бы не назвал нашу музыку постпанком, скорее, это подражание советскому и раннему постсоветскому панку. Что касается песни «Февральский сон», то эта песня началась с шикарного гитарного рифа, который принес Никита. Мы сочинили ее последней и, по-моему, она вышла особенной.

Никита: Постпанк-группы влияли на меня во время зарождения нашего коллектива, хотя уже тогда я больше вдохновлялся звучанием нойз-банд. Не знаю, насколько уместно столь пафосное сравнение моей игры в «Февральском сне» с риффами Альбини, но спасибо, я очень старался. Вообще, на нашу новую запись повлияла инди-музыка 90-х с обеих сторон континента.

OU_3

Отечественные постпанк-группы конца 80-х – начала 90-х были весьма оригинальными и самобытными. Сейчас многие группы пытаются копировать это звучание, однако что-то по-настоящему интересное в них найти довольно сложно. Вам нравится кто-нибудь из современных российских групп?

Никита: Я бы не сказал, что мы играем постпанк. Скорее, альтернативу или инди-рок, в хорошем смысле слова. Из постпанка я бы упомянул «Фанни Каплан», если их можно отнести к этому жанру. Больше в голову ничего не приходит. Возможно, это из-за того, что многие врубаются в тот же постпанк исключительно на поверхностном уровне: дерганая коленка, красиво упавшая челка и неуместный дилэй. Мы меньше паримся над подобными атрибутами, поэтому и звучим убедительней.

Кирилл: Сказать по правде, я, скорее, склонен копаться в музыке, написанной давным-давно. Переосмысливать ее, собирать пластинки и тому подобное. В современной музыке мои познания довольно скромны. Обычно если я и слушаю что-то свежее, то по рекомендации друзей. Кстати, заметил, что в последнее время все больше отечественных панк-групп из 1980-х возвращаются на сцену. «Странные игры» недавно играли в Москве, «Дурное влияние» сейчас выступают в новой реинкарнации.

Дима: Кстати, да, Кирилл неплохо подметил про реюнионы. До сих пор кусаю локти от того, что пропустил концерт «Странных игр» в Москве из-за простуды. Я согласен с твоим утверждением насчет уникальности советских постпанк-групп. Мне вообще кажется, что советский панк в целом – это  невероятно интересное и самобытное явление, возможно, так до конца и неоцененное как на локальном, так и тем более на глобальном уровне. Я слышал многие современные постпанк-группы, например, «Утро», Ploho или «Сруб», но не могу сказать, что они произвели на меня такое же впечатление как группы из 80-х – 90-х. Под песню «Мне так страшно» тольяттинской группы «Хуго-Уго» у меня сердце прихватывет и глаза мокнут. В современных группах я такой глубины не нахожу, не уверен, кстати, что есть она и у нас. Мне кажется, что российское общество сейчас пребывает в некоем сне (возможно, февральском) как в культурном отношении, так и во многих других. 20-25 лет назад ситуация в нашей стране была принципиально другой. Кто знает, может, появление групп, которые играют в духе «тех самых» команд – это знак, что сон не будет длиться долго. Единственные, кого хотел бы отметить из современных групп – это «Панк-Фракцию Красных Бригад», хотя вживую их еще не слышал. В записи они звучат как отличный панк-77.

— На Last.fm вас назвали «постпанковой «Оргией Праведников». Как вам такое сравнение? Лично я бы обиделся.

Дима: Нас сильно оскорбили, да? Вообще, мы не паримся из-за подобных сравнений. К своему стыду, я даже не представляю, что играет эта группа. Видел ее афиши лет 8-10 назад в окрестностях «Рок-Зигзага», но никогда не слышал.

Кирилл: Наше дело сочинять и играть, дело слушателей сравнивать, если им хочется. Я не обращаю особого внимания на такие вещи. С творчеством «Оргии» тоже не особо знаком. Однако я слышал, что нас сравнивал с «Агатой Кристи», так что ничему уже не удивляюсь.

OU_4

— Многие (если не большинство) советских панк-групп были сильно политизированы. Поэтому не могу не спросить вас об отношении к ситуации в Крыму, Луганске и Донецке. Наша страна выиграет от присоединения этих территорий?

Максим: По мне лучше изучать космос и другие планеты, чем делить клочки и без того видавшей виды Земли.

Кирилл: К сожалению, от всех этих пертурбаций выигрывают только политики, люди же почти всегда остаются в дураках. Знаю, что все эти события отражаются на жизни моих друзей по обе стороны границы и, честно говоря, не слышал, чтобы кому-нибудь от всей этой заварухи стало лучше. Нет сомнения, что Украиной управляли бандиты, но есть большие сомнения, что те, кто сейчас пытаются прийти к власти, от них отличаются.

Никита: Я против не только войны, но и того информационного шума, который возник в связи с этой ситуацией. Я «войной» почти не интересуюсь и про ситуацию в Луганске и Донецке даже не в курсе. Вообще, это очень сложный политический вопрос, в который лично мне неохота вставлять свои пять копеек. Мы, россияне, почему-то паримся только о проблемах, связанных с нашей страной. Проблем хватает во всем мире, но переживаем мы только за свою задницу.

Дима: Я очень переживаю за своих украинских знакомых, но, тем не менее, при всей неясности ситуации, я чисто эмоционально могу сказать, на чьей стороне мои симпатии. С одной стороны находятся самоорганизовавшиеся люди, доведенные до предела и готовые идти под пули от чувства несправедливости, а с другой стоят люди в форме, готовые в них стрелять. Мой выбор на стороне простых людей. Я бы с радостью согласился с решением жителей Крыма о присоединении к России, если бы это был низовой выбор, а не решение, к которому этот регион весьма очевидно подтолкнули непонятные люди в форме и с новейшим оружием. Кто бы сейчас ни пришел к власти на Украине, у них есть перед глазами пример, который показывает, что их пребывание у кормушки не вечно, и они несут ответственность перед своим народом. Насчет ситуации в Донецке, Луганске и Харькове, на мой взгляд, федерализация или конфедерация была бы лучшим выходом для страны. Вообще, я часто определяю свои политические взгляды как «хотелось бы мечтать об анархии в условиях скандинавской социал-демократии».

— Как известно, панк – это музыка угнетенных, неудачников и просто отвергнутых обществом людей. Согласились бы вы жить в мире, где таких людей нет; где каждый счастлив и доволен, но панка при этом нет, так как он попросту не нужен?

Дима: Я согласен, дайте мне свободу, равенство и справедливость, и я не буду больше докучать вас шумом. Буду играть соул.‏ Хотя, общество, свободное от угнетения, не обязательно будет свободно от неудач, например, личного характера. Так что для шумной песни во все времена найдется повод.‏

Максим: Так как такое общество вряд ли когда-нибудь возникнет, можно спокойно продолжать играть свою музыку и не париться.‏

Кирилл: Наверное, сложись все так, как ты говоришь, мы бы пели о том, как сильно нас заебало то, что все заебись. Или другой вариант – мы бы впали в нирвану и забили на все.

Никита: Панк вряд ли был бы панком, если бы не было угнетенных. Тем не менее, на мой взгляд, панк даже в самом широком смысле слова не всегда транслирует идеи тех самых неудачников, о которых некоторые орут во все горло в своих 10 группах или пишут на интернет-форумах. Во времена зарождения жанра панк был своеобразной вынужденной реакцией в музыке на то, что творилось вокруг. А сегодня он утратил свою значимость; правильные мысли несут людям представители других жанров. Например, простите, Бейонсе некоторыми своими песнями вдохновляет молодых девочек сильнее, чем псевдофеменистские разукрашенные бляди или новомодные интеллектуалки от панк-рока; так называемая пьющая интеллигенция. Это, простите, никуда не годится. Признаться, я давно перестал вдохновляться идеями этого самого панка во многом потому, что он их уже больше не несет.

Дима: Черт побери, Никита! Я вот уже 12 лет переслушиваю первый альбом The Clash и понимаю, что ни от какой другой записи я не получал таких сильных эмоций, как от этой пластинки. Именно она в свое время влюбила меня в панк, будучи случайно купленной на Невском проспекте. Наверное, я рад обманываться до сих пор.

— Как вы считаете, возможно ли музыкантам вашего уровня жить в России с концертов? Вообще, была бы вам такая жизнь интересна?

Дима: Было бы отлично, если бы музыка в России начала себя окупать. Зарабатывать ей мне бы не хотелось. Для меня это отдушина, в рамках которой не хочется лишний раз думать о каких-то денежных моментах. Хотя, с другой стороны, идея посвящать себя целиком музыке и не отвлекаться на работу звучит прекрасно. Но для этого мне, наверное, нужно пособие и грант на запись альбомов (как у блэкметал-групп в Норвегии).

— Вы часто выступаете за пределами Москвы? Легко ли вас вытащить в тур?

Никита: Пока что мы играли только в Москве, но поступали предложения от чуваков из Питера, Нижнего Новгорода и Оренбурга.

Кирилл: Я бы с удовольствием скатался куда-нибудь. Есть надежда, что новая запись вдохновит организаторов концертов на такую авантюру.

Дима: Если мы вам понравились, зовите, и мы постараемся приехать.

OU_1

Какие у «Особых условий» планы на будущее? Не собирается ли ваш вокалист покончить с собой? (Этот вопрос меня заставили задать!).

Максим: Живя в этой стране, я бы не стал пытаться заглядывать в будущее‏.

Кирилл: Кончать с собой – это как-то банально. Пожалуй, чтобы так прославиться, надо было родиться лет на 20 раньше. Сегодня надо придумать что-то новое.

Дима: Я надеюсь, что бы ни случилось, мы не позволим такому произойти с Кириллом. Я слишком им дорожу.‏ Какие могут быть планы у группы, у которой даже нет своей странички ни в одной социальной сети? Впрочем, думаю, рано или поздно нам придется их завести и сделать какие-то шаги навстречу аудитории. Вот это интервью, наверное, один из них. Ну а так, конечно, ближайший план и надежда — это сделать новую песню.

— Один из боссов Sadwаve строго-настрого запретил мне спрашивать вас о самых дурацких историях из детства. Поэтому… расскажите мне о самых дурацких историях из детства!

Кирилл: Не вопрос! В топе истории моей матушки, которыми она делится на семейных посиделках, находится рассказ о том, как я родился со стояком и сразу обоссал всех врачей. Так-то!

Никита: Бля, Сосед, ты пьян? Нахуй тут кому знать, что у тебя стоит с первой минуты жизни, и что ты ссал на российскую медицину?

Дима: После истории Кирилла, моя прозвучит скромно. Как-то в детстве, отдыхая в деревне, я обнаружил в себе потенциального серийного убийцу. Я играл с индюшатами своей бабушки и пытался ласково уложить их спать с помощью камня. До сих пор мучает совесть, я уже 3 года не ем мясо‏.

Отзывов (4)

  1. Mister g

    Уаааууу

  2. увалень

    говно и скука.

  3. Можно урезать до последнего вопроса, или поставить его в серединку, что бы не так было скучно читать остальное.

  4. Oi Division

    скины, слушающие пост-панк, это неплохо, как минимум.

Добавить комментарий